Дворянские страсти

10 754 просмотра • пожаловаться
Автор: pan-propal
Секс группа: Классика, Инцест, Юмористические
1  [2]  [3]  [4]

– Сестра, а вы занимаетесь с мужем французской любовью? Я давеча имел гувернантку-француженку, это я вам скажу чудо, как хорошо!

– Ну, что ты, Николя! Серж такой le puritain и стеснюля, что довольствуюсь только «бутербродиком», да и то раз-два в неделю по 10 минут, а так бы хотелось!

– Так заведи любовника!

– Никак нельзя! Ах, это высшее общество! Эти сучки имеют по три – четыре утешителя, но стоит новой даме с кем-нибудь хотя бы заговорить наедине, тут же слухи поползут, а Серж он ревнивый до одури! Нет, этот вариант неприемлем.

Мы сидели в гостиной, в новом доме мужа сестрицы, графа Путяева. Дом был большой, красивый, с вычурными башенками, стоял на Невском и стоил, наверное, кучу денег.

– Да, не завидую я тебе, Наташа. Бери пример с меня: 22 года, а о женитьбе даже не помышляю, хотя маменька этим все уши пожужжала и готова толкнуть меня в семейную пропасть хоть завтра. А насчет менета, так это называют, может быть я помогу?

– Николя, ты что, как можно?

– Ой, а то ты, Наташа, не знаешь, что половина света живут со своими дочерьми, братьями, сыновьями! А мы чем хуже?!

– Ну, не знаю, не знаю…

Наталья в задумчивости задрала глаза к потолку, а брат уже стоял за спиной, положив руки на кругленькие, упругие титьки и вовсю их мял.

– Когда твой благоверный придет?

– К вечеру, он сегодня в собрании, а потом в клуб. Подожди, убери руки, я хоть горничную отправлю. Катя, иди сюда!

В комнату вплыла дородная девица и глупыми, коровьими глазами уставилась на барыню.

– Катя, ты хотела к тётушке сходить, иди, ты сейчас не нужна.

– Спасибо, – и служанка ушла, покручивая бёдрами.

– Хороша, чертовка, – Николай масляно улыбнулся. – Её, поди, твой муж пользует?

– Да, что ты, его на меня-то не хватает.

Ещё через несколько минут брат с сестрой расположились в спальне. Наташа, сняв платье, стягивала с себя чулки, а Николай, скинув сюртук и брюки, стоял перед ней в одних подштанниках. Вот, наконец, девушка откинулась на подушки, и братец с толстым, в синих жилах, хуем, полез к ней. Сначала он попытался обнажить сестру полностью, но получил полный отпор.

– Николя, мы не договаривались о поебаться, ты хотел показать мне нечто другое!

Она схватила член брата и стала его внимательно рассматривать.

– Веришь, нет, но я впервые, вот так, близко смотрю на него. – Она улыбнулась и стала похожа на маленькую девочку, которой показали что-то хорошее и интересное. Рука её погладила головку, пальцы прошлись вдоль ствола и обхватили большие, тёмные, мохнатые яйца.

– Я, право, не знаю, что делать, – графиня озорно посмотрела на меня и розовым язычком слизнула капельку, образовавшуюся на залупе.

– Натали, не лукавьте, а вспомните, как мы с тобой в детстве подглядывали за маменькиными забавами.

Мы с сестрой выросли в имении, в Орловской губернии. Папаша – отставной майор, после всех военных компаний получил дворянство, да две деревеньки с тремя сотнями душ, но будучи израненным на поле брани, прожил недолго и оставил вдову с двумя детьми горевать и управляться с хозяйством. Но мне кажется, что папа почил не от ран, а сердце не выдержало на почве ежедневных бурных сношений с любвеобильной маменькой, которая была младше его на 28 лет, замуж выскочила в 15 и уже через год родила меня, а ещё через три и мою сестру. После появления детей у папы внутри что-то сломалось, и маман ушла спать в отдельную комнату. Когда сестре было 9 – 10 лет, мы часто вечером пробирались на сеновал и прятались, зная, если папы нет дома, мама обязательно здесь объявится. Когда темнело, появлялась она с конюхом, или садовником, задирала платье и, насаживаясь на хуй, резво прыгала на нём и стонала. Став немного постарше и, начиная понимать, что мама изменяет отцу на каждом шагу, мы перестали бояться кого-либо и чего-либо и уже смело топая подходили к дверям комнат, где маман ублажала очередного любовника, приоткрывали их и любовались всем происходящим, щупая друг друга за интимные места. Насмотревшись вдоволь, уходили в свои комнаты, но не расставались. Ложились на одну постель, раздевались догола и пробовали закрепить полученные знания абсолютно невинным и безвредным трением своих половых органов друг об друга. Однажды мы с сестрой увидели как мама, стоя на коленях, брала в рот письку учителя – француза, но не решились такое повторить, потому что было стыдно и противно. Вот так и протекали наши детские годы. Сестрица моя, изнывая от нерастраченной страсти, очень быстро выскочила замуж, сделав хорошую партию, и уехала в Санкт – Петербург. Я ещё три года пожил на деревенских хлебах, стал мужчиной с одной из дворовых девок, и жажда ежедневной, ежечасной ебли обуяла юношу и кинула его во все тяжкие. За очень короткий срок я перепробовал всех дворовых девок и женщин, не очень обращая внимание на косые взгляды их отцов и мужей. После данных викторий переключился на дочек помещиков – соседей, выбирая из них тех, кто не отличался примерным поведением в части амурных дел, но тут получился казус. В 20 верстах от нас находилось имение помещика Звонцова. Это был здоровый, пожилой мужик, обремененный большим семейством и долгами. Семейство-то большое, но была у него одна любимица – младшая дочь *** лет, хорошенькая, как ангел, с точёной фигуркой, маленькой грудкой и кругленькой попкой. За ней-то я и приударил, но безуспешно. Как только я не старался, что ни делал, все потуги были напрасны и дальше целования ручек дело не двигалось. Однажды, гуляя по берегу реки вдали от её дома, я обезумел, повалил девушку на траву и силой овладел ею, не смотря на крики и бешеное сопротивление. В тот же вечер, дабы не быть убитым её папашей, я с благословения матушки, сбежал в Петербург, чтобы на время здесь затеряться, да так и остался. Живу здесь уже два года, хожу на службу нетрудную и монотонную, где получаю нищенское жалование, а основные деньги даёт маман. Но вернёмся в спальную сестры!

Наташа взяла моего петуха в рот и начала с ним игру языком, да так лихо, так сладко! Я уткнулся промежностью ей в нос, стоял и думал, что вот он рай земной! Когда движения её убыстрились, я понял, что таким темпом и закончить могу, но это не входило в мои планы, сегодня я хотел получить от сестры всё, будь бы она поумнее, ещё в детстве должна была ублажать меня по – полной. Я выдернул елду изо рта Натали, приподнял её под мышки, сбросил бретельки лёгкого платья и скинул его ей под ноги. Под платьем ничего не было, а сие означало, что сестра моя предвидела, что может произойти в конце концов и дабы не путаться в крючках и застёжках, решила остаться обнаженной.

– Николай, перестань, мы так не договаривались!

– Я с тобой ни о чём не договаривался, – ответил ваш покорный слуга, стянув с себя остатки одежды. Дурочка, посмотри, как стоит мой красавец! Тебя муж таким часто балует?

Она вздохнула:

– У Сержа супротив твоего вполовину меньше будет, но всё равно так нельзя, мы ведь брат и сестра!

– Знаешь, как монахи говорят? «Брат сестру прижал к кресту, сестра, дай ради Христа!

– Фи, богохульник!

– Помнишь, как мы с тобой в детстве друг друга щупали, ласкали?

– Так то в детстве, – Наталья с улыбкой закатила глаза, вспоминая давние годы и присела на краешек кровати. Я тут же оказался рядом и, не дав ей не сказать ни слова, снова заткнул её рот своим солдатом. На этот раз она сосала увереннее и по-настоящему. Дабы не излиться я резко толкнул её на кровать, раздвинул прелестные ножки и, насладившись видом волосатой пизды, тут же вошёл в неё. Всё действо длилось мгновение, сестра даже охнуть не успела, как оказалась одетой на мою елду по самые яйца.

– Ах, Николя, Николя, что же мы делаем? – начала сестра самобичевание, одновременно отменно мне подмахивая. Мы подёргались друг на друге, а потом я улёгся на кровать спиной, а Наташа оседлала меня сверху, легла своими титьками на грудь и горячо зашептала в ухо:

– Милый братик, я полная дура, что мы раньше не начали этим заниматься, твой елдак скроен под мою письку. Как хорошо, толсто и глубоко! Давай ещё глубже, ещё сильнее!!

Я держал её за задницу и яростно вколачивал хуй, а затем обслюнявил палец и начал его вводить Наташке в задницу. Она запрыгала, как бешеная, закатила глаза, замычала, и мой пах смочился терпко воняющей жидкостью. Задрав вверх голову и треся титьками и сведенным спазмами животом, сестра прорычала:

– В меня не спускай, прошу!, – и бессильно откинулась назад. Я вырвал своего жеребца из этой конюшни, схватил сестру за волосы, пригнул и, всунув мокрый, блестящий от соков хуй в приоткрытый рот, начал обильно кончать. Спермы было много, она скопилась у сестры за щеками, и та была вынуждена часть проглотить, а часть пролилась с губ на шёлковые простыни.

– Вот она такая, французская любовь, – пропел я дурашливо, поглаживая Натали по пизде, когда мы лежали и отдыхали от трудов амурных. Сестра поглаживала моего уставшего героя и мурлыкала:

– Спасибо тебе, Коленька! Я думаю, что теперь мы будем встречаться гораздо чаще, особенно, когда граф уезжает по делам.

– Oui, mon ami, – ответил я и неторопливо начал одеваться.

Когда я добрался к себе домой, на Воскресенку, было уже темно. Маман снимала мне отличную квартиру с гостиной, кабинетом и двумя спальнями. Приезжая в Петербург, она часто останавливалась у меня, так как недолюбливала спесивого зятя. Вот и сейчас, подходя к дому, я увидел знакомую открытую повозку. Мама меня долго обнимала, целовала, всё-таки полгода не виделись, тараторила без умолку, но всё же две стоящих новости сообщила. Девица, из-за которой я покинул родные пенаты, счастливо вышла замуж за старика-полковника и уехала, так что со стороны её отца гонения в мой адрес прекратились. Вторая новость – мама рассталась с очередным пассией, художником, вот уже три месяца как и сейчас находится в поисках, потому и приехала в Петербург. Опишу вам свою маман. Я уже упоминал, что замуж она вышла рано и сейчас это была 38-летняя цветущая женщина. Конечно, увядание тронуло её лицо чуть заметными морщинками, крупная грудь не висела только за счёт корсета, да и попка была грузновата, не то, что 8-10 лет назад, когда я теребил своего петуха, представляя в мечтах мамочку. А вообще это была очень симпатичная, милая женщина, куда лучше многих прафурсеток из высшего света.