Дорогой читатель

В настоящее время мы занимаемся поиском и удалением рассказов с описанием несовершеннолетних.

Просим Вас помочь в этом, оценивая рассказы после прочтения.

Заветы Эроса. Часть 8 – День двенадцатый

4 133 просмотра • пожаловаться
Автор: ЕвгеНат
Секс группа: Остальное, Группа, Свингеры
1  [2]  [3]  [4]  [5]  [6]  [7]  [8]  [9]

Утро было прекрасным, море, как стекло. Мы расположились у самой его кромки, разумеется, на третьем пляже. Но отменное настроение немного портило сознание того, что друзья наши завтра уезжают, да и мы уже вряд – ли еще раз попадем сюда. Поэтому нет особого желания описывать этот день даже сейчас.

Если коротко – на пляже пробыли часов до четырех, пока не проголодались. Пообедали дома, со вчерашнего дня осталось еще много продуктов. Потом ребята пошли собираться, уезжать они собирались очень рано, а мы с Володей приводили в порядок прическу на моем лобке. Мне хотелось завтра быть красивой.

Часа через два все дела закончили и снова собрались вместе. Боря с Настей подарили нам два диска, на который скинули все фотографии и кинофрагменты, что наснимали за две недели. Потом, за разговорами, постепенно оказались в горизонтальном положении на кровати. Я не спеша ласкала руками и языком уже хорошо знакомое тело Бориса, он – мое. Так же, не торопясь, трахались в самых разных позах. Рядом занимались сексом Володя с Настей. Потом, по кругу занимались сексом втроем, было и МЖМ, и ЖМЖ. Душе и телу было хорошо, спокойно и очень уютно.

Ближе к одиннадцати, в сотый раз пообещав друг другу регулярно встречаться, проводить вместе праздники, выезжать на природу и прочее, и прочее, легли спать.

День тринадцатый.

Проводив Борю с Настей, мы еще повалялись в постели, долго плескались под душем и за полчаса до назначенного времени отправились отыскивать «хатынку» Маши.

До перекрестка, где расстались с Оксаной, дошли быстро, пройдя еще немного, повернули направо и по узенькой крутой улочке стали подниматься вверх. Я шла, вся в предвкушении чего-то нового. Кто они, сколько их, как все будет? Неопределенность предстоящего и осознание его неотвратимости необыкновенно возбуждало, внизу стало разливаться тепло. А рядом шел Володя. С момента пробуждения мы ни словом не обмолвились о предстоящем посещении клуба. В конце концов я не выдержала и спросила у Володи, не жалеет ли он, что приобщил меня к групповушке, что теперь меня на его глазах трахают другие мужики.

Он ответил, что никто меня силой не приобщал, просто я в нужное время оказалась в нужном месте и компании и получила то, что сама подспудно хотела. Чему он очень рад.

– И совсем меня не ревнуешь?

– Мы уже говорили об этом. Это, смотря как ты воспринимала этих мужиков, какие чувства к ним испытывала.

– Да к ним никаких, а с ними – удовольствие. Ну, а воспринимала как живое самодвижущееся дилдо с приложениями в виде мужского тела, вездесущих рук и ласковых губ. И, знаешь, это было так необычно, так приятно и возбуждающе. И еще то, что ты все это видел… и другие тоже.

– И ты полагаешь, что я могу ревновать к дилдо, пусть и живому? – Он так посмотрел на меня, что я рассмеялась и крепко прижалась к нему.

– Дожила, что называется: муж уже меня не ревнует, а я-то его – к каждой юбке…

– и выговор ему устраиваю, что Настя постится, и член его в вагину Леночки вправляю от дикой ревности, – в тон мне продолжил Володя.

Теперь уже мы хохотали вдвоем. Сквозь смех я ответила:

– Там же юбок не было, к чему ревновать-то?

– Значит, и в клубе не к чему ревновать будет, по словам Маши, там ни юбок, ни штанов.

– И можно все-все, правда, ревновать не будешь? Там же все совершенно незнакомые, даже стремно немного становится.

– Абсолютно все, любимая, все, что пожелаешь, любой «разврат», любые сексуальные действия и контакты. С кем угодно, когда угодно, где угодно, какие угодно, никаких ограничений. Веди себя так, как требует твое либидо, только у него иди на поводу и не контролируй себя, не сомневайся ни в чем и упивайся сексом, в нем нет ничего запретного. Чем больше наслаждения ты получишь, тем больше я порадуюсь за тебя.

– Правда, Володя?

Он ничего не ответил, только обнял меня, поцеловал и глянул такими глазами, что у меня не осталось никаких сомнений. После чего, прямо посреди улицы, благо, никого не было, залез рукой под сарафан, кроме которого на мне ничего не было, потер между ног. Рука сразу стала мокрой, он поднес ее ко рту и начал облизывать.

– Стремно, говоришь? По моему, наоборот. Для кого приготовила такую вкуснятину, кого угощать собралась?

– Да ну тебя! Всех, кто пожелает, – я шлепнула его пару раз, а потом залезла ему в шорты и схватила налившийся член, – тоже неплохо подготовился, чувствуется, что тренировки последних дней не прошли даром.

Так, шутя и подкалывая друг друга, в обнимочку, мы добрались до добротного двухметрового забора последнего участка. Ворота и калитка тоже были глухими и не позволяли заглянуть во двор. Мы позвонили, через минуту калитка отворилась и тут же за нами автоматически закрылась. Красивая дорожка, обсаженная цветами, вела от калитки к входу в трехэтажное здание, стоящее на краю холма, круто спускающегося к морю. Слева от дорожки весь двор был покрыт галькой, возле забора виднелись деревянные постройки, и стояло несколько машин. Справа, вдоль всей дорожки росли высокие, выше головы, кусты с очень густой листвой, сквозь которую ничего нельзя было рассмотреть. Из открывшейся стеклянной двери дома вышла Маша в сопровождении женщины с прекрасной фигурой. Маша была полностью обнажена, а талию женщины обвивала тесемка, на которой спереди был прикреплен кружевной передничек, размером с ладошку, не достававший даже до гладко выбритого лобка. Тепло поздоровавшись с нами, Маша представила женщину:

– Светочка, член клуба, но сегодня она работает горничной, передничек опознавательный знак – не приставать. Я вас сейчас оставлю на ее попечение, а минут через тридцать – сорок зайду за вами.

Мы вошли в полностью застекленный тамбур, из которого был еще один выход во двор, ту его часть, которая была прикрыта кустарником. Через открытую массивную дверь вошли в здание, и Света повела нас на второй этаж, по дороге рассказывая:

– На первом этаже кухня, постирочная и другие служебные помещения. Часть его занята гаражом и мастерской. Живут на втором этаже. По выходным, когда собирается много народа, комнат на всех не хватает, но вас Маша распорядилась поселить отдельно. Хотя это чисто символически, все равно ни на одной двери нет замков, и все заходят друг к другу в любое время суток без приглашения.

Мы подошли к одной из дверей. Света открыла ее, посторонилась, пропуская нас. Между дверью и комнатой коридорчик, справа туалетное помещение. Сама комнатка очень маленькая, меньше, чем та, в которой мы жили, и практически всю ее занимала кровать – на ней совершенно свободно могло поместиться четыре – пять человек. В стене встроенный платяной шкаф. На стене против окна большой, не меньше сорока дюймов, телевизор. Маленький журнальный столик, прикроватная тумбочка и пуфик – вот и все убранство. Между стеной и кроватью два человека могли разойтись только боком. Узенькая дверь рядом с окном вела на общую для всех комнат террасу.

Света заглянула со мной в туалетную комнату. Кроме обычных аксессуаров здесь было биде, а над унитазом висел бачек со шлангом. Света показала на пакет, лежавший на полочке сбоку от унитаза:

– Здесь разовые наконечники для промывки прямой кишки. Муж тоже пусть воспользуется, а то мужчины часто забывают, а массаж простаты любят. Если нет вопросов, я побегу, не буду вам мешать, раздевайтесь, приводите себя в порядок.

Вопросов не было, она упорхнула, а мы быстренько разделись и пошли смывать с себя осевшую по дороге пыль. Едва успели обтереться, пришла Маша.

– Готовы? Ну и ладненько. Пойдем знакомиться.

Заметив на кровати несколько не убранных деталей одежды, она усмехнулась:

– Прячьте в шкаф. Следующий раз все это понадобится, когда будете уходить. Пока вы на территории клуба, на теле не должно быть ничего. Желательно даже сережки снимать, – и выразительно посмотрела на мои уши. Я быстренько поснимала последнее, что оставалось на моем теле. – При выходе во двор, если нужно будет, возьмете под кроватью тапочки.

Выйдя из комнаты, Маша повела нас на третий этаж. Здесь отсутствовал коридор, прямо с лестничной площадки, через арку мы вошли в большую комнату, занимавшую почти весь этаж. Две стороны ее, левая и торцевая против нас, выходили на море и были полностью застеклены. В правой стене было несколько занавешенных арочных входов в крошечные комнатки, типа алькова. Слева от входа располагалась барная стойка, а на стене над ней огромный телеэкран. Посередине комнаты в полу было овальное полуметровое углубление размером примерно 4 на 8 метров, похожее на вытянутую цирковую арену. Бортик был выполнен в виде ступеньки, или, точнее, скамейки с низким сидением и покатой спинкой. По периметру, над бортиком, между стенами и ареной были разложены топчаны, подушки, маленькие низкие столики, разных размеров и форм, креслица и скамейки, стояли кальяны, светильники и пр. Десятка два обнаженных мужчин и женщин лежали и сидели на этих топчанах, креслах и скамейках, общаясь между собой. Среди них я увидела Сергея, Андрея и Оксану.

Дав нам с Володей осмотреться, Маша представила нас. Все поднялись со своих мест и спустились на «арену». Спустились и мы. Основание арены было упругим и напоминало мат для вольных упражнений в спортивной гимнастике, а покрытие бархатистым и теплым, но совершенно гладким.

К нам подходили женщины и мужчины…. Наконец! Передо мной было то, что я тщетно хотела увидеть на нудистском пляже – толпа мужиков с торчащими членами. Признаюсь, ожидания не обманули меня, вид у них был действительно, хоть и прикольный в таком состоянии, но очень красивый. Конечно, взор мой сразу переместился на их паховую область. У одних члены торчали вперед, у других были немного опущены или торчали вверх, прижимаясь к животу, они были разной формы, длины и толщины, но все ужасно притягательные, хотелось дотронуться до них, пощупать, что я и сделала. Знакомясь с первым же мужчиной, я ухватилась за его достоинство, получилось не рукопожатие, а членопожатие, а потом сомкнутой рукой неторопливо прошлась немного вдоль ствола. Он назвал свое имя, наклонился, поцеловал и потрепал рукой по попке. Так я знакомилась и со всеми остальными мужчинами. В ответ на членопожатие с небольшой дрочиловкой одни запускали мне руку в промежность, другие потирали лобок, тискали груди или гладили от шеи до ягодиц, мяли их, прижимали к себе, и обязательно целовали. Я, конечно, лапать себя позволяла и на поцелуи отвечала. После знакомства они не расходились, а окружали меня все более тесным кольцом, утыкаясь в бедра и ягодицы своими концами. На меня начало накатывать вожделение, я чувствовала, как все набухло в промежности, как влага стекает между ног по бедрам.


1  [2]  [3]  [4]  [5]  [6]  [7]  [8]  [9]далее >>